Соберу-ка я здесь самые распространнеы мифы о США,
Показаны сообщения с ярлыком сша. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком сша. Показать все сообщения
среда, 9 марта 2016 г.
вторник, 8 марта 2016 г.
Да здравствует Трамп – и цветная революция на родине цветных революций!
На днях определились лидеры президентской гонки в США. Если не произойдет ничего экстраординарного, за кресло в Белом Доме будут биться Хиллари Клинтон и Дональд Трамп.
Фриц Моисеевич Морген: Валютная война на пороге
Планомерно и неумолимо наступает эпоха ПОПС, политики отрицательных процентных ставок. Граждане некоторых стран уже готовятся жить в новом дивном мире.
воскресенье, 6 марта 2016 г.
Почему Россия во время экономического кризиса вкладывает миллиарды в экономику США
В то время, как Штаты продлевают санкции против нашей страны, мы продолжаем покупать американские долговые обязательства
суббота, 5 марта 2016 г.
Кто рулит США. Богемская роща, масоны и сова
К сове мы кстати вернемся еще, но попозже)
Для начала что есть «Теория Заговора», в чем меня могут обвинить.
До середины 1960-х термин «теория заговора» был никому неизвестен.
Однако, после убийства Кеннеди, он приобретал уничижительное значение, подразумевающий параноидальную тенденцию видеть влияние некоторого тайного сообщества на происходящие события.
Для начала что есть «Теория Заговора», в чем меня могут обвинить.
До середины 1960-х термин «теория заговора» был никому неизвестен.
Однако, после убийства Кеннеди, он приобретал уничижительное значение, подразумевающий параноидальную тенденцию видеть влияние некоторого тайного сообщества на происходящие события.
пятница, 4 марта 2016 г.
Анатолий Вассерман: Американский сукин сын
Санкции продлены ещё на год. В среду Обама подписал вполне ожидаемый указ о продолжении экономического давления на Россию.
вторник, 1 марта 2016 г.
Бывший идеолог "Единой России" Сергей Марков : отказ от ввода войск в Юго-Восточные области был тогда ошибкой
Бывший идеолог "Единой России" Сергей Марков на связи.
Я признаю — отказ от ввода войск в Юго-Восточные области был тогда ошибкой.
10 карт, объясняющих стратегию России
Большая переводная статья из Forbes на тему российской стратегии применительно к территории Восточной Европы.
понедельник, 29 февраля 2016 г.
«США готовы сражаться с Россией и победить её в Европе»: агрессия против России — надежный путь к поражению
«США готовы сражаться с Россией и победить её в Европе», — заявил комитету палаты представителей Конгресса глава европейского командования США Филипп Бридлав.
суббота, 17 октября 2015 г.
Клеточная война, колонии и «служебные люди» США: будущее мира глазами директора Курчатовского института
Будущее мира глазами директора Курчатовского института
Директор Курчатовского института Михаил Ковальчук в среду выступил в Совете Федерации. Он рассказал сенаторам об опасности искусственных клеток, а также о том, как США влияют на научно-технические цели во всем мире и как создается новый подвид «служебного человека».
В начале своего выступления в Совете Федерации Ковальчук говорил о том, что сейчас технологии и детали можно выращивать природным путем — можно создавать искусственные живые системы с заранее заданными свойствами. Искусственная клетка, по его словам, может быть диагностом и доставщиком лекарств, а может быть вредоносной. Фактически, отметил Ковальчук, одна клетка может быть оружием массового поражения.
Далее Ковальчук говорил о том, что достижения современной генетики позволяют создавать клетку, ориентированную на конкретный этнос: это может быть безопасно для одного этноса, а для другого — смертельно. По его словам, биоподобные технологии позволят делать оружие массового поражения кустарным способом. И предугадать, как искусственные системы нарушат эволюцию, невозможно.
Потом директор Курчатовского института рассказал, что сегодня США создают глобальную распределенную научно-образовательную среду, которая финансируется из американского национального бюджета и обслуживает интересы Соединенных Штатов. Например, утверждал Ковальчук, американской колонией является Германия: по его словам, стратегических целей у нее нет, но она за собственный бюджет обслуживает глобальные интересы США.
«Фактически, мы присутствуем при попытке сформировать систему, в которой научно-технические глобальные цели понятны только Соединенным Штатам и ими формулируются, а Россия должна стать поставщиком интеллектуальных ресурсов, исполнителем тактических задач, необходимых США для достижения стратегического результата»
По словам Ковальчука, США финансово и организационно не состоят ни в одном международном проекте в Европе (в качестве примера он привел ЦЕРН и рентгеновский лазер), но представители США сидят во всех управляющих комитетах, причем не только они, но и «поляки с американскими паспортами». Там они проводят полный мониторинг и пытаются протянуть те решения, которые важны США, рассказал Ковальчук.
Директор Курчатовского института Михаил Ковальчук в среду выступил в Совете Федерации. Он рассказал сенаторам об опасности искусственных клеток, а также о том, как США влияют на научно-технические цели во всем мире и как создается новый подвид «служебного человека».
В начале своего выступления в Совете Федерации Ковальчук говорил о том, что сейчас технологии и детали можно выращивать природным путем — можно создавать искусственные живые системы с заранее заданными свойствами. Искусственная клетка, по его словам, может быть диагностом и доставщиком лекарств, а может быть вредоносной. Фактически, отметил Ковальчук, одна клетка может быть оружием массового поражения.
Далее Ковальчук говорил о том, что достижения современной генетики позволяют создавать клетку, ориентированную на конкретный этнос: это может быть безопасно для одного этноса, а для другого — смертельно. По его словам, биоподобные технологии позволят делать оружие массового поражения кустарным способом. И предугадать, как искусственные системы нарушат эволюцию, невозможно.
Потом директор Курчатовского института рассказал, что сегодня США создают глобальную распределенную научно-образовательную среду, которая финансируется из американского национального бюджета и обслуживает интересы Соединенных Штатов. Например, утверждал Ковальчук, американской колонией является Германия: по его словам, стратегических целей у нее нет, но она за собственный бюджет обслуживает глобальные интересы США.
«Фактически, мы присутствуем при попытке сформировать систему, в которой научно-технические глобальные цели понятны только Соединенным Штатам и ими формулируются, а Россия должна стать поставщиком интеллектуальных ресурсов, исполнителем тактических задач, необходимых США для достижения стратегического результата»
По словам Ковальчука, США финансово и организационно не состоят ни в одном международном проекте в Европе (в качестве примера он привел ЦЕРН и рентгеновский лазер), но представители США сидят во всех управляющих комитетах, причем не только они, но и «поляки с американскими паспортами». Там они проводят полный мониторинг и пытаются протянуть те решения, которые важны США, рассказал Ковальчук.
Россия сегодня играет ключевые роли в крупнейших международных проектах, есть важные проекты и в России — например, ускоритель в Дубне и реактор в Гатчине, продолжил Ковальчук. Однако, отметил он, надо понимать, что международное сотрудничество тоже используется США для усиления собственных позиций и ослабления Европы, и Россию в это тоже пытаются втянуть.
Под конец своего выступления директор Курчатовского института говорил об устройстве мира: некая элита всегда пыталась поставить весь остальной мир себе на службу. Сначала был рабовладельческий строй, потом был феодальный, потом в том или ином виде был капитализм, вспоминал Ковальчук. Но каждый раз это заканчивалось сменой формации, потому что люди, которых элита пыталась превратить в обслугу, этого не хотели, на что есть две причины: биологически они были такими же людьми, как те, кто их хотел превратить в обслугу, и у них по мере развития вырастало самосознание, поэтому они сами хотели стать элитой.
Ковальчук утверждал, что сегодня возникла реальная технологическая и биологическая возможность создать принципиально новый подвид человека — «служебного человека». Свойство популяции «служебных людей», по его словам, очень простое: ограниченное самосознание, управление размножением и дешевый корм — генномодифицированные продукты. По мнению Ковальчука, этому уже никто не может помешать — это развитие науки, и это по факту уже происходит, и мы должны понимать, какое место в этой цивилизации мы можем занять.
Директор Курчатовского института рассказал, что сегодня ломается система базовых моральных принципов, и создаются альтернативные ценности, которые не вписываются в настоящую жизнь. Он говорил об опасности «абсолютизации свободы личности», когда дети выше родителей, а личность выше суверенного государства. По словам Ковальчука, это «лозунг к слому суверенного государства», чей суверенитет является единственным инструментом защиты общества и ценностей и соблюдения баланса между правами и свободами человека. Если этой защиты не будет, будут «толпы людей, которые борются друг с другом и легко управляются извне».
Также Ковальчук сказал, что сейчас происходит фактическое сокращение рождаемости через внедрения в массовое сознание представлений, которые противоречат естественным. По его мнению, естественным представлениям противоречат, например, ЛГБТ-сообщество и семьи без детей.
суббота, 3 октября 2015 г.
Главная загадка мировой политики: в США началась плохо скрываемая паника...
В США началась плохо скрываемая паника - они не видят русские истребители...
Все видели 8 самолетов на ВПП в Латакии, откуда взялись ещё 20, не понимают. От слова совсем.
Это единственное объяснение всему тому бреду, который несут СМИ в ответ на вопрос о том, как русские истребители оказались в Сирии.
А если их полет не видели военные радары НАТО в Турции и Болгарии, то значит их не видят и все системы воздух-воздух.
А значит всё.
ВСЁ!
У США нет истребительной авиации. Тоже от слова совсем.
И я прекрасно понимаю как такое возможно. Если бы не ... то это можно было бы сделать уже в конце 80-х.
Ну F-35 это вообще не истребитель, а бомбардировшик, который даже F-15-ому проигрывает воздушные бои с треском. Его делали для бомбежек непокорных аборигенов, у которых нет ничего кроме пращи, в расчете на то время, когда России (и Китая?) уже не будет.
Хотя F-22 дорогой, но удачный самолет! Впрочем вся американская стелс-технология построена на идее принесения аэродинамики в жертву невидимости, посредством построения корпуса рассевающего излучение радаров. Что только естественно - нормальных антирадарных покрытий-то у них нет!!! Да и идей-ка стащенная из советского авиапрома, от воплощения которой отказались ещё в 60тых. Идеология тухлая изначально, что подтвердили доблестные югославы завалив супер-невидимый бомбардировщик из С-75 70тых годов выпуска. Но с F-22 они как-то извернулись. Но если его вооружение не видит потенциального противника?!!
Тут хочешь не хочешь - в партнеры напрашиваться начнешь.
Более того американцы не могут выяснить видели ли израильские радары Су-35, летящие в Сирию. Израильтяне в ответ на этот вопрос улыбаются той же улыбкой, которой они улыбаются в ответ на вопрос о наличии у Израиля атомной бомбы. Но в данном конкретном случае возможно они блефуют....
Хороший подарок к 70-й Генеральной Ассамблее. Тут даже отмена США запрета от 1975 года на экспорт нефти может выстрелить в обратную сторону - все равно всем уже ясно, что сланцевую нефть для США добывает ИГИЛ. Ибо при текущих ценах все сланцевые компашки должны были лопнуть как мыльные шарики.
Источник
"Стреляли из посольства США!" : тайны российско-американских отношений
Тайны российско-американских отношений: «кровавый октябрь» 1993-го
Да! Американские военнослужащие были на крыше посольства США в Москве!
«Мы поддерживаем демократию и реформы, и Ельцин — лидер движения реформ».
(Брифинг в Белом доме 21.03.1993 г.)
(Нью-Йорк таймс, 22.09.1993 г.)
Переворот 1993-го года и расстрел Верховного Совета РФ широко освещались американскими СМИ. В период с 22 сентября по 5 октября только в газете «Нью-Йорк таймс» вышли порядка полусотни статей и материалов, объемом от 600 до 2500 слов каждый.
Примерно столько же публикаций были посвящены событиям в России во всех других ведущих печатных СМИ. Так, если 22 сентября газета американских деловых кругов «Уолл-стрит джорнал» напечатала всего одну статью о происходящем в Москве, то на следующий день их было уже шесть.
Уже первая вышедшая 22 сентября 1993 года статья в «Нью-Йорк таймс» (из шести, опубликованных в этой газете в тот день, включая передовицу) «Противостояние в Москве: США поддерживают действия российского лидера по преодолению кризиса» содержит деталь, не совпадающую со сформулированной впоследствии (и, в частности, отраженной в мемуарах Строуба Тэлботта) официальной картиной событий. По сообщению репортера газеты Элейн Сциолино, ссылающейся на заявление тогдашнего государственного секретаря США Уоррена Кристофера, об указе No.1400 в Белом доме узнали не из новостей, а «за час до» ельцинского выступления по телевидению 21 сентября 1993 года.
Сам Билл Клинтон пишет в своих мемуарах, что наблюдал речь Ельцина о введении ОПУСа по одному из телевизоров, установленных в Овальном кабинете Белого дома. По другому в это же время транслировалась игра в баскетбол между университетскими командами из Нью-Йорка и Арканзаса, родного штата Клинтона. «В обоих случаях, - пишет экс-президент, - были команды, за которые я болел». Очень образное сравнение…
Реформы Ельцина являются «инвестицией в национальную безопасность США».
(Госсекретарь США Уоррен Кристофер 22.09.1993 г.)
22 сентября президент США и «другие официальные представители Белого дома» обратились к европейским лидерам с призывом сделать аналогичные заявления в поддержку Ельцина. Клинтон лично связался с канцлером ФРГ Гельмутом Колем, чтобы пересказать ему содержание разговора с Ельциным.
По словам Клинтона, он «почти со вздохом облегчения» воспринял обещание Ельцина провести в декабре новые «свободные и справедливые» выборы «во имя демократии» и «обеспечить этой осенью мир, стабильность и открытый политический процесс». Отказываясь признавать издание указа No.1400 конституционным переворотом, Клинтон заявил, что, напротив, действия Ельцина «подчеркивают сложность процесса реформ, которые он проводит», и сами вызваны «конституционным кризисом, который достиг критической остроты и парализовал политический процесс» в России. Ельцин в глазах Клинтона и членов его администрации представал «лучшей надеждой на демократию» в России, «своего рода российским Шарлем де Голлем, прибегающим к авторитарным полномочиям для спасения страны из хаоса».
Клинтону вторили его коллеги по партии. Лидер демократов в сенате, избранный в ноябре 2008-го вице-президентом США, Джозеф Байден со всей ковбойской прямолинейностью назвал президента России «единственной лошадью, на которой [нам] можно ехать».
21 сентября 1993-го анонимный источник сделал исключительно любопытное признание, фактически являющееся ответом на вопрос, знала ли администрация США о готовящемся конституционном перевороте в России. По его словам, еще 13 сентября, то есть за 8 дней до обнародования Ельциным пресловутого указа No.1400, находившийся в Вашингтоне при подписании израильско-палестинского мирного соглашения «дорогой Андрей» Козырев отозвал в сторону своего американского визави госсекретаря Уоррена Кристофера и предупредил его о «драматических событиях», которые должны были «скоро» произойти. «Ясно», что «Козырев старался дать госсекретарю сигнал», писала «Нью-Йорк таймс».
«Уолл-стрит джорнал» сделал важное уточнение: Козырев не только информировал американцев о планах президента РФ, но и призвал правительство США оказать ему необходимую поддержку. Доверительное сообщение Козырева было, несомненно, доведено до Клинтона, и санкция была получена.
«Удержание Ельциным России на прозападном курсе» является «императивом... для наших собственных интересов».
(Из выступления в Палате представителей конгрессмена Стени Хойера 22.09.1993 г.)
Конституционный переворот в России был горячо поддержан не только президентом США, но подавляющим большинством голосов в обеих палатах Конгресса.
22 сентября 1993 года, то есть уже на следующий день после издания указа No.1400, конгрессмен от штата Мэриленд Стени Хойер занимавший в то время четвертое по значимости положение среди конгрессменов-демократов, выступил с показательной речью в Палате представителей. Признавая, что указ о роспуске российского парламента был «технически... незаконным», Хойер утверждал, что Ельцин «действовал, следуя духу демократии, нарушая букву закона». Однако «основная причина продолжающейся западной поддержки Ельцина» в его противостоянии с законодательной властью, согласно конгрессмену, заключалась даже не в якобы демократическом характере ельцинского режима, но в том, что «Ельцин является откровенно проамериканским, прозападным, прорыночным» политиком, тогда как Верховный Совет «обвиняет Запад в стремлении подорвать и ослабить Россию» и «выступает против ельцинской программы приватизации». Таким образом, резюмировал Хойер, «проведение необходимых реформ» правительством Ельцина и «удержание им России на прозападном курсе» является«императивом... для наших собственных интересов» [выделено мной. – А.Д.].
Конгрессмен-демократ от Калифорнии и один из главных русофобов на Капитолийском холме Том Лантос заявил о своем желании «пожелать удачи Борису Ельцину». Почему? Потому что «первый за 1000 лет русской истории демократически избранный президент сейчас ведет борьбу против сил тьмы, зла и тоталитаризма, стремящихся повернуть вспять часы истории».
Обстоятельства принятия пакета «помощи» Ельцину дают достаточные основания усомниться в искренности заверений высокопоставленных должностных лиц США о том, что после окончания «холодной войны» приоритетные цели американской внешней политики включали «поддержку России в трансформации ее политических, экономических и социальных институтов» [выделено мной. – А.Д.], если только «трансформация» в данном случае не означает разложение и разрушение. Кто мог всерьез воспринимать характеристику российско-американских отношений (в частности, отраженную в подписанной 14 января 1994 года Клинтоном и Ельциным Московской декларации) как «новую стадию зрелого стратегического партнерства, основанного на равенстве, взаимной выгоде и признании национальных интересов друг друга»? В действительности в 1990-е годы основополагающим принципом внешней политики США являлась не поддержка России как таковой, а помощь «реформам» в России, являющимся, по оценке американского Главного контрольно-финансового управления США,«критическими для целей США» [выделено мной. – А.Д.], не содействие демократизации России и ее движению к правовому государству, а конкретно «помощь российским реформаторам», что отнюдь не одно и то же.
Американский канал СNN именно так определил цель визита в Москву Клинтона 12-15 января 1994-го: «Продемонстрировать поддержку Ельцину и реформаторам, перенесшим потрясение в результате победы ультра-националистов и коммунистов на декабрьских выборах в парламент».
Визит президента одного государства для поддержки группы лиц в другой стране (даже когда эта группа находится у власти) утрачивает характер «государственного» визита, приобретает характер сговора и является вмешательством во внутренние дела такой страны.
«Коммунистические фашисты, маскирующиеся под парламентариев».
(«Бостон глоб» о Верховном Совете РФ 06.10.1993 г.)
Уже первая статья в «Нью-Йорк таймс» задала тон отношения США к законодательной ветви власти в России. Верховный Совет и Съезд народных депутатов именовались не иначе как «парламент советского периода» [читай: «коммунистического» периода; для американцев эти слова - синонимы. А.Д.], «избранный по избирательным правилам Коммунистической партии и в целом враждебный реформам г-на Ельцина». Во второй статье (Сержа Шмеманна в этом же номере газеты) российский парламент уже именовался «консервативной, в основном состоящей из коммунистов легислатурой, перешедшей от политической борьбы к тотальной битве за судьбу России».
В целом, в освещении событий в России американские СМИ то ли сознательно, то ли не от общего невежества допускали немало фактических ошибок. Так, всё тот же Серж Шмеманн во второй статье в “New York Times” от 22 сентября отнес избрание Ельцина первым «демократически избранным» президентом РФ к 1990-м году (вместо 1991-го), а выборы российского парламента к 1989-му, или «эре Михаила С. Горбачева, когда Коммунистическая партия всё еще была верховным правителем». По словам Шмеманна, избирательные «правила, установленные партией, гарантировали избрание многих коммунистов и крайних националистов, которые при каждом удобном случае блокировали законодательство г-на Ельцина». То есть в 1990-м году, когда якобы состоялись выборы президента Ельцина, по утверждению Шмеманна, в России уже можно было провести «демократические» выборы? Действительно, можно было! Так ведь именно тогда и состоялись выборы народных депутатов России – в марте 1990-го! А за год до них избирались депутаты Союза… Как гласит американская поговорка, Шмеманн сам себе «выстрелил в ногу».
«Парламент был избран до крушения СССР», обличительно вторит Шмеманну корреспондент «Уолл-стрит джорнал». Да, до крушения. А президент – в июне 1991-го - нет?
В некоторых региональных выпусках газеты от 22 сентября численность Верховного Совета РФ была дана как 25 (!) депутатов. Опечатка или еще одна попытка создать у наивных читателей впечатление, что стоит этих 25 злодеев отстранить от власти и «прогрессивные» ельцинские реформы и дальше пойдут своим чередом?
А 11 октября 1993 г. редакционная статья в газете «Бостон геральд» назвала Верховный Совет России «антидемократическим бастионом старого режима», созданным Горбачевым [???] и «избранным в результате сфальсифицированных [или «подтасованных», rigged. - А.Д.] выборов».
Согласованная позиция американских СМИ и подавляющего большинства советологов в тот период выполняла роль идеологического обеспечения конституционного переворота и последующего расстрела представительной власти в России.
Первый демократически избранный российский парламент назывался не иначе, как «антидемократической, антизападной, антирыночной, антисемитской» «красно-коричневой коалицией» (CRS Report for Congress, 93-884 F, 06.10.1993), «националистически-коммунистическим блоком» (The Boston Globe, 23.09.1993), «националистической, крипто-советской оппозицией» (The New York Times, 24.10.1993), «бандой коммунистических аппаратчиков» (The New York Times, 30.09.1993), «бандой коммунистов и фашистов» (The Boston Globe, 30.09.1993) и даже «коммунистическими фашистами [именно так: «коммунистическими фашистами». – А.Д.], маскирующимися под парламентариев» (The Boston Globe, 06.10.1993).
Прежняя Конституция России характеризовалась как «фарсовый документ» (Portland Press Herald, 06.12.1993) и как «фундаментальная проблема России до декабря 1993 года» (Foreign Affairs, No. 5, 1994). Защитники Конституции соответственно объявлялись «странным альянсом старых коммунистов, националистов, монархистов и антисемитов» (The Spectator, No. 8622, 09.10.1993).
Само же противостояние между режимом Ельцина и его оппонентами подавалось не иначе, как конфликт между «демократией» и «демонами», как гласил заголовок редакционной статьи, вышедшей в «Бостон глоуб» в день парламентских выборов в России 12 декабря 1993 года.
Вспоминается такой случай. На излете своей дипломатической карьеры в конце второго президентского срока Клинтона и, видимо, не веря в победу на президентских выборах 2000 года демократа Гора, «Стробович» объехал ведущие академические центры США в поисках места для мягкой посадки после ухода в отставку. В феврале 2000-го Тэлботт был с помпой принят на юридическом факультете Нью-Йоркского университета, где я в то время преподавал. Представленный Тэлботту деканом Школы права (ныне - президентом всего университета) Джоном Секстоном, как первый за историю факультета приглашенный профессор права из России, я не мог не доставить себе такого удовольствия и не обратить внимание заместителя госсекретаря на то, что в 1990-1993 гг. работал ведущим, а затем главным специалистом Комитета по международным делам Верховного Совета России. «Если Вы полагаете, что первый российский парламент действительно был «бандой коммунистов и фашистов», то я из их числа». «Я никогда не говорил о фашистах в Верховном Совете», холодно произнес Тэлботт и демонстративно отвернулся, давая всем своим видом понять декану факультета, что его выбор русского приглашенного профессора был не самым удачным.
Признаюсь, первое, что я сделал после выхода мемуаров Тэлботта – открыл страницы, посвященные Верховному Совету. И что мы видим? Многочисленные упоминания «красных» и «коричневых» в Верховном Совете, блокировавших в начале 1990-х ельцинские «реформы» по рецептам американских советников и МВФ. Как же так, г-н Тэлботт? Что «фашисты», что «коричневые» - разницы никакой! Даже Клинтон в своих мемуарах такого не позволяет и в худшем случае называет оппонентов Ельцина (почему-то в «Думе, парламенте России») «реакционными элементами» или «старыми коммунистами и прочими реакционерами». (А преподавать в Нью-Йоркском университете меня, кстати, больше не приглашали).
Осенью 1993-го Госдепартамент рассматривал возможность военного контингента США для поддержки Ельцина.
(Из книги помощника экс-президента Никсона «Никсон зимой»).
В книге «Никсон зимой» помощник экс-президента Никсона в последние годы его жизни Моника Кроули раскрывает не известную не только российскому читателю, но и большинству западных наблюдателей деталь. В дни противостояния между президентом и Верховным Советом РФ Ричард Никсон был приглашен в Государственный департамент США для участия в обсуждении вариантов официальной реакции Вашингтона и вернулся с этого обсуждения абсолютно подавленным, поскольку один из вариантов предполагал… направление в Москву военного контингента США для поддержки Ельцина.
Никсон выступил категорически против такой идеи. «О чем думают эти засранцы (assholes) из госдепа? – вспоминает Кроули эмоциональные слова Никсона. – Нельзя направлять войска в Россию… Когда мы это сделали для борьбы с большевиками [имеется в виду участие США в интервенции «союзников» 1918 года и высадка американских войск во Владивостоке и Архангельске – А.Д.], это обернулось катастрофой. Кроме того, мы просто не можем вмешиваться в их внутренние дела, тем более, военными средствами. О, Господи!»
Никсон не впервые столь нелицеприятно высказывался в адрес американской дипломатии на российском направлении периода президентства Клинтона. «Эти ребята просто шизанутые (nuts). Они не понимают, что, поощряя авторитарные наклонности Ельцина, они играют с огнем», вспоминает Дм.Саймс реакцию Никсона на выступление Тэлботта в Комитете по ассигнованиями Палаты представителей 19 апреля 1993 г. в поддержку финансовой помощи «реформаторам» в России. Триумфально поддержав «президента Ельцина, бросившего перчатку парламенту», якобы «контролировавшемуся реакционерами», Тэлботт готовил почву как для роспуска Ельциным законодательной власти в России, так и для поддержки такого роспуска в Вашингтоне.
Эпизод из книги Кроули, во-первых, лишний раз подчеркивает, сколь высоки были ставки Вашингтона в дни кризиса и, во-вторых, заставляет по-новому взглянуть на многочисленные свидетельства очевидцев об участии в московской бойне снайперов третьей стороны. Может быть, «засранцы из госдепа» хотя бы частично всё же реализовали свой план?
Список выступлений в поддержку конституционного переворота в России, прозвучавших в те поистине «окаянные дни» сентября-октября 1993 года в стенах Конгресса и Белого дома, можно было бы продолжить. Но для нас в данном случае важен сам факт откровенных признаний руководства США не просто допустимости, ноцелесообразности использования американской «помощи» как инструмента вмешательства во внутренние дела России. Той самой «помощи», которая с отстранением от власти в 2000-е годы значительной части ельцинских реформаторов была перенесена на спонсирование «шакалящей у иностранных посольств» оппозиции и «агентов перемен», как откровенно называют часть российских «неправительственных организаций» в Вашингтоне.
Американская поддержка таких антидемократических и антиконституционных действий российского президента как расстрел федерального парламента, роспуск законодательных органов власти в регионах и на местах, приостановление (на полтора года) работы Конституционного суда РФ (что, по мнению сенатора Пелла, видимо, и являлось «консолидацией демократических реформ в России») со всей очевидностью продемонстрировала, что, несмотря на официальные заверения администрации США в ее заинтересованности видеть Россию своим процветающим, уважаемым и демократическим «партнером», «вашингтонский обком» был вполне удовлетворен превращением России в государство-клиента, контролируемое коррумпированным авторитарным лидером.
Источник
Фотографии октябрьских событий 1993 г.
02.10.1993, баррикады на Смоленской
Прорыв милицейских кордонов демонстрантами.
Руцкой призывает идти на мэрию и Останкино. Потом он скажет об этом эпизоде: «Конечно, это была ошибка. Я не хотел крови. Но нервы-то в комке».
На одном из брошенных военными грузовиков Анпилов, Константинов с остальными участниками отправляются защищать Останкино.
Сторонники Верховного Совета у входа в ТЦ Останкино.
Бойцы спецназа МВД »Витязь» в здании ТЦ «Останкино».
Начало стрельбы по людям у ТЦ «Останкино».
Один из раненых во время столкновений в центре Москвы.
03.10.1993, на баррикадах у Белого дома.
Виктор Анпилов, Илья Константинов, Альберт Макашов.
03.10.1993, у Белого дома
Члены общества «Русское национальное единство» Александра Баркашова.
Они же.
Раненый защитниками Белого дома прапорщик пожарной службы.
Депутаты Верхновного Совета в Белом доме, где отключили электричество и водоснабжение.
Защитники Белого дома.
Сторонники президента Ельцина строили свои баррикады. Третьего октября в 20:45 вице-премьер Егор Гайдар по телевидению обратился к сторонникам Ельцина с просьбой собираться у здания Моссовета.
Пикет сторонников Ельцина на Никольской.
04.10.1993, окончание драмы у Белого дома.
«Альфа» проводит операцию по взятию Белого дома.
Задержанные защитники Верховного совета.
Отряд «Альфа» выводит людей из здания Белого дома.
Милиционеры из охраны Верховного Совета.
Фотографии: © РИА НОВОСТИ
Приписываемая Сократу фраза о том, что «всё тайное рано или поздно становится явным», никогда в полной мере не была исторически оправданной. Оглядываясь назад даже не на последние пару сотен лет, а хотя бы на последние десятилетия, очевидно, что не всё тайное становится явным и не всегда. Мы вряд ли когда-нибудь узнаем тайну полёта Рудольфа Гесса, загадку убийства Джона Кеннеди или то, как, в действительности, было организовано «нападение на Америку» 11 сентября 2001-го.
Когда мы читаем о тайнах в межгосударственных отношениях, это так же, как правило, касается дней давно минувших. Однако кровавые события в Москве 1993-го года и роль США в конституционном перевороте в России остаются столь же недорасследованными.
Согласно официальным данным, в кровавых событиях октября 1993 г. года пострадали два гражданина США. 26-летний американский юрист Терри Майкл Дункан был убит в Останкино примерно в 21 час 3 октября при оказании помощи раненым. Друзья говорят о нем: «Он всегда был таким, и политика тут ни при чем. Просто гибли люди». Последний, кому Терри Дункан пытался помочь выбраться из-под огня, был раненый фотокорреспондент «Нью-Йорк таймс» Пол Отто. Еще одна гражданка США Джулия Брукс получила ранения в живот и бедро. (Признана потерпевшей по уголовному делу №18/123669-93 о массовых беспорядках в г. Москве 3-4 октября 1993 года).
Но что делать с многочисленными свидетельствами очевидцев о стрельбе со стороны посольства США? Что, в частности, делать с этим заявлением, сделанным в ходе заседания специальной комиссии Госдумы 8 сентября 1998 года, генерала Виктора Сорокина, занимавшего в октябре 1993-го должность заместителя командующего Воздушно-десантных войск, подразделения которых участвовали в расстреле парламента России: «Где-то около 8 часов подразделения выдвинулись к стенам Белого дома… Во время выдвижения подразделения в полку погибло 5 человек и 18 были ранены. Расстреливали сзади. Я сам это наблюдал. Стрельба велась со здания американского посольства… Все погибшие и раненые были расстреляны сзади…»
И вот мы видим опубликованные в 2013 году на частном сайте американской «Ассоциации дипломатической учебы и тренинга» воспоминания сотрудника политического отдела посольства США в Москве (1991-94 гг.) Уэйна Мерри о пулевом ранении в шею морского пехотинца, капрала Белла 4-го октября 1993-го. Что делал капрал Белл на крыше американского посольства во время штурма Дома Советов? Был ли он там один или с другими морпехами? Что именно они там делали: голубей в московское небо запускали? Получил ли Белл пулю в шею в перестрелке - в ответ на обстрел Дома Советов и российских военнослужащих? Почему ранение капрала Белла не было официально зафиксировано, как гибель Дункана и ранение Брукс, и сохранялось в тайне 20 лет? Ни на эти, ни на многие другие вопросы дипломат Мерри, по понятным причинам, не отвечает…
(Брифинг в Белом доме 21.03.1993 г.)
«Окаянные дни» осени 1993 года застали меня в Америке. В осеннем семестре 1993-го я был Фулбрайтовским стипендиатом и занимался исследованиями в Гарвардской школе права, выступал с лекциями в нескольких других университетах, готовился к преподаванию в Корнелльском университете весной 1994-го. Многие из использованных мной в этой статье материалов были собраны в то время.
Представляется весьма символичным, что президент РФ Б.Н. Ельцин предпринял первую открытую попытку государственного переворота ровно через два месяца после инаугурации и вступления в должность Билла Клинтона - 20 марта 1993 года. Появление Ельцина на российском телевидении (также ретранслированное на американском канале CNN) с указом об «особом порядке управления страной» (ОПУС), предполагавшим роспуск Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ, спичрайтер президента Клинтона Джордж Стефанопулос (1993-1996) называет в своих мемуарах «первым реальным кризисом» для новой американской администрации.
Перед Клинтоном и его командой стояла дилемма, от решения которой во многом зависело дальнейшее развитие не только российско-американских отношений, но и сугубо внутренних событий в России. Возобладала следующая точка зрения. По словам Стефанопулоса, «может быть, Ельцин действовал вне рамок новой конституции [Стефанопулос ошибается: до принятия «новой» конституции в России оставалось еще 9 месяцев. – А.Д.], но казалось, что он делает это во имя демократических реформ». Приятель Клинтона по стажировке в Оксфорде в 1969-1970 гг. Строуб Тэлботт, «настоял» на том, что «Ельцин был единственной лошадью реформаторских сил» в России.
Результатом совещания стала следующая уродливая формула, официально озвученная Стефанопулосом на брифинге 21 марта 1993 года: «Мы поддерживаем демократию и реформы, и Ельцин – лидер движения реформ». Иными словами, нет бога, кроме «движения реформ», и Ельцин – пророк его. Тем самым администрация США полностью солидаризировалась с Ельциным и дала ему санкцию на государственный переворот. Не получилось в марте – получится через полгода.
«Противостояние в Москве: США поддерживают действия российского лидера по преодолению кризиса»(Нью-Йорк таймс, 22.09.1993 г.)
Переворот 1993-го года и расстрел Верховного Совета РФ широко освещались американскими СМИ. В период с 22 сентября по 5 октября только в газете «Нью-Йорк таймс» вышли порядка полусотни статей и материалов, объемом от 600 до 2500 слов каждый.
Примерно столько же публикаций были посвящены событиям в России во всех других ведущих печатных СМИ. Так, если 22 сентября газета американских деловых кругов «Уолл-стрит джорнал» напечатала всего одну статью о происходящем в Москве, то на следующий день их было уже шесть.
Уже первая вышедшая 22 сентября 1993 года статья в «Нью-Йорк таймс» (из шести, опубликованных в этой газете в тот день, включая передовицу) «Противостояние в Москве: США поддерживают действия российского лидера по преодолению кризиса» содержит деталь, не совпадающую со сформулированной впоследствии (и, в частности, отраженной в мемуарах Строуба Тэлботта) официальной картиной событий. По сообщению репортера газеты Элейн Сциолино, ссылающейся на заявление тогдашнего государственного секретаря США Уоррена Кристофера, об указе No.1400 в Белом доме узнали не из новостей, а «за час до» ельцинского выступления по телевидению 21 сентября 1993 года.
Сам Билл Клинтон пишет в своих мемуарах, что наблюдал речь Ельцина о введении ОПУСа по одному из телевизоров, установленных в Овальном кабинете Белого дома. По другому в это же время транслировалась игра в баскетбол между университетскими командами из Нью-Йорка и Арканзаса, родного штата Клинтона. «В обоих случаях, - пишет экс-президент, - были команды, за которые я болел». Очень образное сравнение…
Реформы Ельцина являются «инвестицией в национальную безопасность США».
(Госсекретарь США Уоррен Кристофер 22.09.1993 г.)
22 сентября президент США и «другие официальные представители Белого дома» обратились к европейским лидерам с призывом сделать аналогичные заявления в поддержку Ельцина. Клинтон лично связался с канцлером ФРГ Гельмутом Колем, чтобы пересказать ему содержание разговора с Ельциным.
По словам Клинтона, он «почти со вздохом облегчения» воспринял обещание Ельцина провести в декабре новые «свободные и справедливые» выборы «во имя демократии» и «обеспечить этой осенью мир, стабильность и открытый политический процесс». Отказываясь признавать издание указа No.1400 конституционным переворотом, Клинтон заявил, что, напротив, действия Ельцина «подчеркивают сложность процесса реформ, которые он проводит», и сами вызваны «конституционным кризисом, который достиг критической остроты и парализовал политический процесс» в России. Ельцин в глазах Клинтона и членов его администрации представал «лучшей надеждой на демократию» в России, «своего рода российским Шарлем де Голлем, прибегающим к авторитарным полномочиям для спасения страны из хаоса».
Клинтону вторили его коллеги по партии. Лидер демократов в сенате, избранный в ноябре 2008-го вице-президентом США, Джозеф Байден со всей ковбойской прямолинейностью назвал президента России «единственной лошадью, на которой [нам] можно ехать».
21 сентября 1993-го анонимный источник сделал исключительно любопытное признание, фактически являющееся ответом на вопрос, знала ли администрация США о готовящемся конституционном перевороте в России. По его словам, еще 13 сентября, то есть за 8 дней до обнародования Ельциным пресловутого указа No.1400, находившийся в Вашингтоне при подписании израильско-палестинского мирного соглашения «дорогой Андрей» Козырев отозвал в сторону своего американского визави госсекретаря Уоррена Кристофера и предупредил его о «драматических событиях», которые должны были «скоро» произойти. «Ясно», что «Козырев старался дать госсекретарю сигнал», писала «Нью-Йорк таймс».
«Уолл-стрит джорнал» сделал важное уточнение: Козырев не только информировал американцев о планах президента РФ, но и призвал правительство США оказать ему необходимую поддержку. Доверительное сообщение Козырева было, несомненно, доведено до Клинтона, и санкция была получена.
«Удержание Ельциным России на прозападном курсе» является «императивом... для наших собственных интересов».
(Из выступления в Палате представителей конгрессмена Стени Хойера 22.09.1993 г.)
Конституционный переворот в России был горячо поддержан не только президентом США, но подавляющим большинством голосов в обеих палатах Конгресса.
22 сентября 1993 года, то есть уже на следующий день после издания указа No.1400, конгрессмен от штата Мэриленд Стени Хойер занимавший в то время четвертое по значимости положение среди конгрессменов-демократов, выступил с показательной речью в Палате представителей. Признавая, что указ о роспуске российского парламента был «технически... незаконным», Хойер утверждал, что Ельцин «действовал, следуя духу демократии, нарушая букву закона». Однако «основная причина продолжающейся западной поддержки Ельцина» в его противостоянии с законодательной властью, согласно конгрессмену, заключалась даже не в якобы демократическом характере ельцинского режима, но в том, что «Ельцин является откровенно проамериканским, прозападным, прорыночным» политиком, тогда как Верховный Совет «обвиняет Запад в стремлении подорвать и ослабить Россию» и «выступает против ельцинской программы приватизации». Таким образом, резюмировал Хойер, «проведение необходимых реформ» правительством Ельцина и «удержание им России на прозападном курсе» является«императивом... для наших собственных интересов» [выделено мной. – А.Д.].
Конгрессмен-демократ от Калифорнии и один из главных русофобов на Капитолийском холме Том Лантос заявил о своем желании «пожелать удачи Борису Ельцину». Почему? Потому что «первый за 1000 лет русской истории демократически избранный президент сейчас ведет борьбу против сил тьмы, зла и тоталитаризма, стремящихся повернуть вспять часы истории».
Обстоятельства принятия пакета «помощи» Ельцину дают достаточные основания усомниться в искренности заверений высокопоставленных должностных лиц США о том, что после окончания «холодной войны» приоритетные цели американской внешней политики включали «поддержку России в трансформации ее политических, экономических и социальных институтов» [выделено мной. – А.Д.], если только «трансформация» в данном случае не означает разложение и разрушение. Кто мог всерьез воспринимать характеристику российско-американских отношений (в частности, отраженную в подписанной 14 января 1994 года Клинтоном и Ельциным Московской декларации) как «новую стадию зрелого стратегического партнерства, основанного на равенстве, взаимной выгоде и признании национальных интересов друг друга»? В действительности в 1990-е годы основополагающим принципом внешней политики США являлась не поддержка России как таковой, а помощь «реформам» в России, являющимся, по оценке американского Главного контрольно-финансового управления США,«критическими для целей США» [выделено мной. – А.Д.], не содействие демократизации России и ее движению к правовому государству, а конкретно «помощь российским реформаторам», что отнюдь не одно и то же.
Американский канал СNN именно так определил цель визита в Москву Клинтона 12-15 января 1994-го: «Продемонстрировать поддержку Ельцину и реформаторам, перенесшим потрясение в результате победы ультра-националистов и коммунистов на декабрьских выборах в парламент».
Визит президента одного государства для поддержки группы лиц в другой стране (даже когда эта группа находится у власти) утрачивает характер «государственного» визита, приобретает характер сговора и является вмешательством во внутренние дела такой страны.
«Коммунистические фашисты, маскирующиеся под парламентариев».
(«Бостон глоб» о Верховном Совете РФ 06.10.1993 г.)
Уже первая статья в «Нью-Йорк таймс» задала тон отношения США к законодательной ветви власти в России. Верховный Совет и Съезд народных депутатов именовались не иначе как «парламент советского периода» [читай: «коммунистического» периода; для американцев эти слова - синонимы. А.Д.], «избранный по избирательным правилам Коммунистической партии и в целом враждебный реформам г-на Ельцина». Во второй статье (Сержа Шмеманна в этом же номере газеты) российский парламент уже именовался «консервативной, в основном состоящей из коммунистов легислатурой, перешедшей от политической борьбы к тотальной битве за судьбу России».
В целом, в освещении событий в России американские СМИ то ли сознательно, то ли не от общего невежества допускали немало фактических ошибок. Так, всё тот же Серж Шмеманн во второй статье в “New York Times” от 22 сентября отнес избрание Ельцина первым «демократически избранным» президентом РФ к 1990-м году (вместо 1991-го), а выборы российского парламента к 1989-му, или «эре Михаила С. Горбачева, когда Коммунистическая партия всё еще была верховным правителем». По словам Шмеманна, избирательные «правила, установленные партией, гарантировали избрание многих коммунистов и крайних националистов, которые при каждом удобном случае блокировали законодательство г-на Ельцина». То есть в 1990-м году, когда якобы состоялись выборы президента Ельцина, по утверждению Шмеманна, в России уже можно было провести «демократические» выборы? Действительно, можно было! Так ведь именно тогда и состоялись выборы народных депутатов России – в марте 1990-го! А за год до них избирались депутаты Союза… Как гласит американская поговорка, Шмеманн сам себе «выстрелил в ногу».
«Парламент был избран до крушения СССР», обличительно вторит Шмеманну корреспондент «Уолл-стрит джорнал». Да, до крушения. А президент – в июне 1991-го - нет?
В некоторых региональных выпусках газеты от 22 сентября численность Верховного Совета РФ была дана как 25 (!) депутатов. Опечатка или еще одна попытка создать у наивных читателей впечатление, что стоит этих 25 злодеев отстранить от власти и «прогрессивные» ельцинские реформы и дальше пойдут своим чередом?
А 11 октября 1993 г. редакционная статья в газете «Бостон геральд» назвала Верховный Совет России «антидемократическим бастионом старого режима», созданным Горбачевым [???] и «избранным в результате сфальсифицированных [или «подтасованных», rigged. - А.Д.] выборов».
Согласованная позиция американских СМИ и подавляющего большинства советологов в тот период выполняла роль идеологического обеспечения конституционного переворота и последующего расстрела представительной власти в России.
Первый демократически избранный российский парламент назывался не иначе, как «антидемократической, антизападной, антирыночной, антисемитской» «красно-коричневой коалицией» (CRS Report for Congress, 93-884 F, 06.10.1993), «националистически-коммунистическим блоком» (The Boston Globe, 23.09.1993), «националистической, крипто-советской оппозицией» (The New York Times, 24.10.1993), «бандой коммунистических аппаратчиков» (The New York Times, 30.09.1993), «бандой коммунистов и фашистов» (The Boston Globe, 30.09.1993) и даже «коммунистическими фашистами [именно так: «коммунистическими фашистами». – А.Д.], маскирующимися под парламентариев» (The Boston Globe, 06.10.1993).
Прежняя Конституция России характеризовалась как «фарсовый документ» (Portland Press Herald, 06.12.1993) и как «фундаментальная проблема России до декабря 1993 года» (Foreign Affairs, No. 5, 1994). Защитники Конституции соответственно объявлялись «странным альянсом старых коммунистов, националистов, монархистов и антисемитов» (The Spectator, No. 8622, 09.10.1993).
Само же противостояние между режимом Ельцина и его оппонентами подавалось не иначе, как конфликт между «демократией» и «демонами», как гласил заголовок редакционной статьи, вышедшей в «Бостон глоуб» в день парламентских выборов в России 12 декабря 1993 года.
Вспоминается такой случай. На излете своей дипломатической карьеры в конце второго президентского срока Клинтона и, видимо, не веря в победу на президентских выборах 2000 года демократа Гора, «Стробович» объехал ведущие академические центры США в поисках места для мягкой посадки после ухода в отставку. В феврале 2000-го Тэлботт был с помпой принят на юридическом факультете Нью-Йоркского университета, где я в то время преподавал. Представленный Тэлботту деканом Школы права (ныне - президентом всего университета) Джоном Секстоном, как первый за историю факультета приглашенный профессор права из России, я не мог не доставить себе такого удовольствия и не обратить внимание заместителя госсекретаря на то, что в 1990-1993 гг. работал ведущим, а затем главным специалистом Комитета по международным делам Верховного Совета России. «Если Вы полагаете, что первый российский парламент действительно был «бандой коммунистов и фашистов», то я из их числа». «Я никогда не говорил о фашистах в Верховном Совете», холодно произнес Тэлботт и демонстративно отвернулся, давая всем своим видом понять декану факультета, что его выбор русского приглашенного профессора был не самым удачным.
Признаюсь, первое, что я сделал после выхода мемуаров Тэлботта – открыл страницы, посвященные Верховному Совету. И что мы видим? Многочисленные упоминания «красных» и «коричневых» в Верховном Совете, блокировавших в начале 1990-х ельцинские «реформы» по рецептам американских советников и МВФ. Как же так, г-н Тэлботт? Что «фашисты», что «коричневые» - разницы никакой! Даже Клинтон в своих мемуарах такого не позволяет и в худшем случае называет оппонентов Ельцина (почему-то в «Думе, парламенте России») «реакционными элементами» или «старыми коммунистами и прочими реакционерами». (А преподавать в Нью-Йоркском университете меня, кстати, больше не приглашали).
Осенью 1993-го Госдепартамент рассматривал возможность военного контингента США для поддержки Ельцина.
(Из книги помощника экс-президента Никсона «Никсон зимой»).
В книге «Никсон зимой» помощник экс-президента Никсона в последние годы его жизни Моника Кроули раскрывает не известную не только российскому читателю, но и большинству западных наблюдателей деталь. В дни противостояния между президентом и Верховным Советом РФ Ричард Никсон был приглашен в Государственный департамент США для участия в обсуждении вариантов официальной реакции Вашингтона и вернулся с этого обсуждения абсолютно подавленным, поскольку один из вариантов предполагал… направление в Москву военного контингента США для поддержки Ельцина.
Никсон выступил категорически против такой идеи. «О чем думают эти засранцы (assholes) из госдепа? – вспоминает Кроули эмоциональные слова Никсона. – Нельзя направлять войска в Россию… Когда мы это сделали для борьбы с большевиками [имеется в виду участие США в интервенции «союзников» 1918 года и высадка американских войск во Владивостоке и Архангельске – А.Д.], это обернулось катастрофой. Кроме того, мы просто не можем вмешиваться в их внутренние дела, тем более, военными средствами. О, Господи!»
Никсон не впервые столь нелицеприятно высказывался в адрес американской дипломатии на российском направлении периода президентства Клинтона. «Эти ребята просто шизанутые (nuts). Они не понимают, что, поощряя авторитарные наклонности Ельцина, они играют с огнем», вспоминает Дм.Саймс реакцию Никсона на выступление Тэлботта в Комитете по ассигнованиями Палаты представителей 19 апреля 1993 г. в поддержку финансовой помощи «реформаторам» в России. Триумфально поддержав «президента Ельцина, бросившего перчатку парламенту», якобы «контролировавшемуся реакционерами», Тэлботт готовил почву как для роспуска Ельциным законодательной власти в России, так и для поддержки такого роспуска в Вашингтоне.
Эпизод из книги Кроули, во-первых, лишний раз подчеркивает, сколь высоки были ставки Вашингтона в дни кризиса и, во-вторых, заставляет по-новому взглянуть на многочисленные свидетельства очевидцев об участии в московской бойне снайперов третьей стороны. Может быть, «засранцы из госдепа» хотя бы частично всё же реализовали свой план?
Список выступлений в поддержку конституционного переворота в России, прозвучавших в те поистине «окаянные дни» сентября-октября 1993 года в стенах Конгресса и Белого дома, можно было бы продолжить. Но для нас в данном случае важен сам факт откровенных признаний руководства США не просто допустимости, ноцелесообразности использования американской «помощи» как инструмента вмешательства во внутренние дела России. Той самой «помощи», которая с отстранением от власти в 2000-е годы значительной части ельцинских реформаторов была перенесена на спонсирование «шакалящей у иностранных посольств» оппозиции и «агентов перемен», как откровенно называют часть российских «неправительственных организаций» в Вашингтоне.
Американская поддержка таких антидемократических и антиконституционных действий российского президента как расстрел федерального парламента, роспуск законодательных органов власти в регионах и на местах, приостановление (на полтора года) работы Конституционного суда РФ (что, по мнению сенатора Пелла, видимо, и являлось «консолидацией демократических реформ в России») со всей очевидностью продемонстрировала, что, несмотря на официальные заверения администрации США в ее заинтересованности видеть Россию своим процветающим, уважаемым и демократическим «партнером», «вашингтонский обком» был вполне удовлетворен превращением России в государство-клиента, контролируемое коррумпированным авторитарным лидером.
Источник
Фотографии октябрьских событий 1993 г.
02.10.1993, баррикады на Смоленской
Прорыв милицейских кордонов демонстрантами.
Руцкой призывает идти на мэрию и Останкино. Потом он скажет об этом эпизоде: «Конечно, это была ошибка. Я не хотел крови. Но нервы-то в комке».
На одном из брошенных военными грузовиков Анпилов, Константинов с остальными участниками отправляются защищать Останкино.
Сторонники Верховного Совета у входа в ТЦ Останкино.
Бойцы спецназа МВД »Витязь» в здании ТЦ «Останкино».
Начало стрельбы по людям у ТЦ «Останкино».
Один из раненых во время столкновений в центре Москвы.
03.10.1993, на баррикадах у Белого дома.
Виктор Анпилов, Илья Константинов, Альберт Макашов.
03.10.1993, у Белого дома
Члены общества «Русское национальное единство» Александра Баркашова.
Они же.
Раненый защитниками Белого дома прапорщик пожарной службы.
Депутаты Верхновного Совета в Белом доме, где отключили электричество и водоснабжение.
Защитники Белого дома.
Сторонники президента Ельцина строили свои баррикады. Третьего октября в 20:45 вице-премьер Егор Гайдар по телевидению обратился к сторонникам Ельцина с просьбой собираться у здания Моссовета.
Пикет сторонников Ельцина на Никольской.
04.10.1993, окончание драмы у Белого дома.
«Альфа» проводит операцию по взятию Белого дома.
Задержанные защитники Верховного совета.
Отряд «Альфа» выводит людей из здания Белого дома.
Милиционеры из охраны Верховного Совета.
Фотографии: © РИА НОВОСТИ
четверг, 1 октября 2015 г.
Анекдотичные случаи во время встреч советских и американских лидеров
За всю историю советско-американских и российско-американских отношений главы двух стран встречались неоднократно. Первая встреча Председателя Совета народных комиссаров СССР Иосифа Сталина с президентом США Франклином Рузвельтом состоялась на Тегеранской конференции, проходившей с 28 ноября по 1 декабря 1943 года в Иране.
В сентябре 1959 года состоялся первый в истории советско-американских отношений официальный визит руководителя КПСС и главы Советского правительства Никиты Хрущева в США в связи с очередной сессией Генеассамблеи ООН. Во время визита Хрущев несколько раз встречался с президентом США Дуайтом Эйзенхауэром.
Сын Эйзенхауэра, Джон, решил, что, когда начнутся переговоры в Кэмп-Дэвиде, Хрущеву будет приятно послушать русские мелодии, и остановил свой выбор на трех песнях: «Очи черные», «Катюша» и о Стеньке Разине. Позже Джон вспоминал: «Я согласовал репертуар с государственным департаментом и получил негативное заключение относительно «Стеньки Разина». Мотивировкой было то, что это мелодия царских времен».
Эйзенхауэр запланировал облет Вашингтона на вертолете. Однако Хрущев отклонил предложение, сославшись на то, что не питает доверия к летательным аппаратам такого класса. Эйзенхауэр высказал сожаление, добавив, что считает подобные полеты удобными и интересными. «О! — воскликнул Хрущев. — Если вы будете в том же вертолете, конечно, я полечу!» После чего распорядился закупить три точно такие же машины.
На официальный обед в США Хрущев пришел без смокинга
Не обошлось без казуса и во время официального обеда в Белом доме. Хрущев направился на обед в костюме, категорически отказавшись надеть смокинг, который являлся, по его мнению, символом капитализма. Американцы решили не перечить высокому гостю, но сами предпочли быть одетыми по протоколу.
Нина Хрущева, Мейми Эйзенхауэр, Никита Хрущев, Дуайт Эйзенхауэр
В мае 1972 года в СССР прилетел президент США Ричард Никсон. Это был первый в истории официальный визит американского президента в Советский Союз. Ранее на советскую землю ступал только Франклин Рузвельт во время Ялтинской конференции.
Хрущев — Никсону: «У американцев есть только свобода ночевать под мостом"
Для самого Никсона посещение Москвы было вторым. Первый раз он приезжал в июне 1959 года в качестве вице-президента, чтобы договориться о визите Хрущева в США, состоявшемся через три месяца. Та поездка запомнилась, главным образом, походом Никсона на московский рынок и публичной перепалкой с Хрущевым во время совместного осмотра американской выставки.
Одним из главных экспонатов был стандартный дом с мебелью и бытовой техникой. В присутствии многочисленной свиты и корреспондентов Хрущев заявил, что советских людей он ничем не удивит, что американские дома якобы разваливаются через несколько лет, и что для покупки такого дома «надо иметь очень много долларов», а у простых американцев есть только «свобода ночевать под мостом».
Никсон возразил, что сам вырос в простой семье, в детстве помогал отцу в лавке, а вот теперь стал вице-президентом. Советский лидер в ответ брякнул: «Все торговцы — воры!"
В сентябре 1959 года состоялся первый в истории советско-американских отношений официальный визит руководителя КПСС и главы Советского правительства Никиты Хрущева в США в связи с очередной сессией Генеассамблеи ООН. Во время визита Хрущев несколько раз встречался с президентом США Дуайтом Эйзенхауэром.
Сын Эйзенхауэра, Джон, решил, что, когда начнутся переговоры в Кэмп-Дэвиде, Хрущеву будет приятно послушать русские мелодии, и остановил свой выбор на трех песнях: «Очи черные», «Катюша» и о Стеньке Разине. Позже Джон вспоминал: «Я согласовал репертуар с государственным департаментом и получил негативное заключение относительно «Стеньки Разина». Мотивировкой было то, что это мелодия царских времен».
Эйзенхауэр запланировал облет Вашингтона на вертолете. Однако Хрущев отклонил предложение, сославшись на то, что не питает доверия к летательным аппаратам такого класса. Эйзенхауэр высказал сожаление, добавив, что считает подобные полеты удобными и интересными. «О! — воскликнул Хрущев. — Если вы будете в том же вертолете, конечно, я полечу!» После чего распорядился закупить три точно такие же машины.
На официальный обед в США Хрущев пришел без смокинга
Не обошлось без казуса и во время официального обеда в Белом доме. Хрущев направился на обед в костюме, категорически отказавшись надеть смокинг, который являлся, по его мнению, символом капитализма. Американцы решили не перечить высокому гостю, но сами предпочли быть одетыми по протоколу.
Нина Хрущева, Мейми Эйзенхауэр, Никита Хрущев, Дуайт Эйзенхауэр
В мае 1972 года в СССР прилетел президент США Ричард Никсон. Это был первый в истории официальный визит американского президента в Советский Союз. Ранее на советскую землю ступал только Франклин Рузвельт во время Ялтинской конференции.
Хрущев — Никсону: «У американцев есть только свобода ночевать под мостом"
Для самого Никсона посещение Москвы было вторым. Первый раз он приезжал в июне 1959 года в качестве вице-президента, чтобы договориться о визите Хрущева в США, состоявшемся через три месяца. Та поездка запомнилась, главным образом, походом Никсона на московский рынок и публичной перепалкой с Хрущевым во время совместного осмотра американской выставки.
Одним из главных экспонатов был стандартный дом с мебелью и бытовой техникой. В присутствии многочисленной свиты и корреспондентов Хрущев заявил, что советских людей он ничем не удивит, что американские дома якобы разваливаются через несколько лет, и что для покупки такого дома «надо иметь очень много долларов», а у простых американцев есть только «свобода ночевать под мостом».
Никсон возразил, что сам вырос в простой семье, в детстве помогал отцу в лавке, а вот теперь стал вице-президентом. Советский лидер в ответ брякнул: «Все торговцы — воры!"
Во время второго визита Никсон отправился в Большой театр на «Лебединое озеро». Перед третьим актом, когда в зале начали медленно гаснуть люстры, сидевшая в партере жена итальянского корреспондента громко прокричала: «Долой войну во Вьетнаме!» Советские руководители были того же мнения, но несанкционированных выходок не терпели. Подгорный приказал включить свет, и они вместе с Никсоном встали в ложе, заставив зал подняться на ноги и аплодировать.
Брежнев был любителем автомобилей и, пока позволяло здоровье, лихим водителем. Накануне визита посол Анатолий Добрынин приватно сообщил Никсону: «Леониду Ильичу очень хотелось бы получить в подарок «Кадиллак Эльдорадо». Громадный роскошный кабриолет изготовили по специальному заказу за три дня и доставили в Москву транспортным самолётом американских ВВС.
Во время ответного визита в США в 1973 году Брежнев положил глаз еще и на темно-голубой «Линкольн Континенталь» с черной велюровой обивкой салона — такой же, на каком ездил сам Никсон. Машину с надписью на приборной доске «На добрую память. Самые лучшие пожелания» вручили гостю в Кэмп-Дэвиде.
Никсон подарил Брежневу «Кадиллак» и «Линкольн»
Факт получения подарков в СССР не афишировался. На осведомленных людей самое сильное впечатление произвел тот факт, что президент США, оказывается, не мог своей властью подарить зарубежному партнеру что угодно, а вынужден был просить денег у бизнесменов — сторонников Республиканской партии.
Брежневу удалось встретиться и с еще одним президентом США — Джеральдом Фордом. Произошло это в ноябре 1974 года во Владивостоке, где они подписали коммюнике о сокращении стратегических наступательных вооружений.
Встреча на высшем уровне прошла успешно. Но не обошлось без курьезов. После окончания встречи планировалось выступление Леонида Брежнева, и его должны были транслировать во всех санаториях, где располагались журналисты и другой персонал, обеспечивавший встречу.
Геннадий Мельников, начальник краевого производственно-технического управления связи в 1974 году: «И вдруг приезжает Киссинджер и начинает пресс-конференцию в санатории МВД. Вдруг звонок, говорят, что надо выключить микрофоны, речь Брежнева. Возвращаюсь в зал — американские журналисты кричат, топают, Киссинджер крутит головой. Брежнев говорит. Они не понимают, не знают, что это Брежнев. Я переключил на микрофоны и пошла пресс-конференция. Мне звонят, говорят — давай Брежнева, а я говорю, я не дипломат».
Уже через несколько минут весть о подписании коммюнике и совместном заявлении о дальнейшем ограничении стратегических наступательных вооружений стала достоянием мировой общественности.
Источник
Подписаться на:
Сообщения (Atom)